Дано мнe тeло — что мнe дeлать съ нимъ,
Такимъ единымъ и такимъ моимъ?
За радость тихую дышать и жить
Кого, скажите, мнe благодарить?
Я и садовникъ, я же и цвeтокъ,
Въ темницe мiра я не одинокъ.
На стекла вeчности уже легло
Мое дыханiе, мое тепло.
Запечатлeется на немъ узоръ,
Неузнаваемый съ недавнихъ поръ.
Пускай мгновенiя стекаетъ муть –
Узора милаго не зачеркнуть.
1909.
